Moscow-Post RSS
6 Декабря 2016

Государство занялось «рейдерством»?

Еще недавно проблема рейдерства была одной из главных для российского бизнеса. Чуть ли не каждую неделю в СМИ появлялись сообщения о налетах дюжих молодцов с битами или помповыми ружьями на заводы, офисные центры, различные институты — в общем, на любой объект, который мог принести хоть какой-то значимый доход захватчикам. Угрюмые крепыши нейтрализовывали охрану, отбирали у директоров печати и бланки и, прикрываясь фальшивыми решениями судов, захватывали собственность. Остановить их могла лишь более подготовленная охрана, хотя до прямого вооруженного столкновения доходило редко — к операциям тщательно готовились.

Государство занялось «рейдерством»?

Постепенно, правда, мода на рейдерский бизнес стала ослабевать, заниматься им становилось все менее доходно и престижно. Кто-то научился защищаться на чужом примере, кто-то стал больше денег выделять на «работу с властью». Да и кризис сыграл свою роль. Многие бизнесы были просто «съедены» государственными банками и компаниями или особо приближенными к государству олигархами.

В кризис этот процесс еще как-то можно было понять и оправдать — более сильные конкуренты, получающие государственную подпитку, съедают менее удачливых и, к тому же, сохраняют рабочие места. Все-таки в стране рыночная экономика. Однако, отмечают многие эксперты, госструктуры как вошли тогда во вкус, так с тех пор никак не могут остановиться и продолжают поглощение всего и вся в экономике.

У всех на слуху красивое поглощение «Сбербанком» некогда одного из лидеров российского фондового рынка — компании «Тройка Диалог». Однако не все знают, что в рамках группы «Сбербанка» уже давно и весьма успешно работает компания «Сбербанк-Капитал», специально созданная для работы с проблемными активами. Технологии применяются почти всегда одинаковые, отработанные еще во время кризиса. Сначала собственнику выдается кредит, потому ему создаются такие условия, что он вынужден судиться или вообще бежать из страны. Как отмечают эксперты рынка, менее влиятельным, например, могут под любым предлогом повысить ставку или переоценить в сторону понижения стоимость залогового имущества и потребовать денег. Для более авторитетных могут использоваться рычаги давления через госструктуры.

Один из недавних примеров — оперативный выкуп доли Магомеда Билалова в ОАО «Красная Поляна» в интересах «Сбербанка», которой занимался президент «Русснефти» Михаил Гуцериев. «Сбербанк» является крупнейшим кредитором «Русснефти». По данным Forbes, задолженность составляла на середину марта 2013 года $4,8 млрд. И, по словам самого Гуцериева, когда российские правоохранительные органы возбудили на него с десяток уголовных дел, и он вынужден был перебраться в Лондон, именно Герман Греф стал тем волшебником, по мановению волшебной палочки которого все дела неожиданно были закрыты.

По словам источников издания, сделка по «Красной Поляне» была согласована на самом верху, ее обсуждение началось еще в середине прошлого года, когда «Сбербанк» увеличил свою долю в «Красной Поляне». Видимо, братья Билаловы не очень торопились расставаться с таким интересным куском собственности. И уже в конце зимы 2013 года руководство «Красной Поляны» раскритиковали на самом верху за срыв сроков и удорожание объекта. Потом выяснилось, правда, что и сроки, и сметы в порядке, но уже в марте появились сообщения, что Билаловы вынуждены были покинуть Россию. А против них начали активно возбуждаться уголовные дела, по поводам, не имеющим отношения собственно к «Красной Поляне». Как известно, против Билалова-старшего дело было возбуждено из-за его расходов на гостиницы, потом выяснилось, правда, что гостиницы он оплачивал за свой счет, но не закрывать же дело... Тем более, что именно «силовой элемент» есть основа всей комбинации на ее начальном этапе. Вообще эффективность взаимодействия руководства «Сбербанка» с силовыми ведомствами впечатляет, вероятно, сказывается довольно большая «насыщенность» руководства банка бывшими работниками «соответствующих органов» или их родственников, впрочем, как и в любой другой российской крупной госкомпании теперь. А недавно «Сбербанк» объявил о том, что за счет допэмиссии его доля в «Красной Поляне» достигла 95%, то есть Гуцериев сделал свое дело и теперь от проекта отодвинут. Что, видимо, его вряд ли беспокоит, ибо такая схема предполагалась изначально. Очевидно, команда Германа Грефа, планировала «отъем относительно законным методом» проекта у братьев Билаловых еще несколько лет назад, когда «Сбербанк» вошел в состав акционеров «Красной Поляны» еще миноритарным акционером.

Представитель банка вице-президент Станислав Кузнецов, кстати, как ни «удивительно», выходец из системы МВД, уже несколько лет возглавляет совет директоров компании, и именно за это время первоначальная смета проекта выросла в несколько раз и по его инициативе российские строители-подрядчики были заменены на более дорогих турецких. Причем эти же подрядчики занимаются объектами «Сбербанка» в Ялте, которые курирует также Кузнецов. Удивительным образом бизнес жены Кузнецова – косметические салоны, стал активно развиваться именно в это время. По всей видимости, наконец, появились инвесторы.

Вообще партнерство со «Сбербанком» у Гуцериева, судя по всему, весьма широкое. Например, осенью прошлого года появлялись сообщения о том, что партнеры планируют принять участие в строительстве в Белоруссии производства калийных удобрений. Речь шла о строительстве в Минской области горно-обогатительного комплекса по производству калийных удобрений с объемом инвестиций не менее $1,5 млрд. Одновременно «Сбербанк» обещал продлить на три года кредит, выданный «Беларуськалию» и направленный Минском на пополнение золотовалютных резервов.

В свое время Гуцериев немало настрадался от государства. Но теперь, похоже, именно он решает все "деликатные" вопросы «Сбербанка». Например, в начале декабря 2011 года его силами была закрыта сделка по приобретению группы «Интеко» у Елены Батуриной. По странному совпадению — как только на нее возбудили дела. Партнерами выступили бизнесмен Микаил Шишханов (племянник Гуцериева) и «Сбербанк Инвестиции». Причем дальше был реализован похожий сценарий, что и с «Красной Поляной», - контроль над активами частично перешел к «Сбербанку».

Таким образом, к команде Грефа активы попадают уже «очищенными», и можно не бояться арбитража из-за обвинений, что продавца заставили продавать имущество под действием административного ресурса. Похоже, что самый мощный банк страны становится крупнейшим коллекционером всякой «интересной» собственности, вокруг которой сначала создаются политические конфликты, а затем под прикрытием административного ресурса активы изымаются. Экономическая эффективность этой работы для «Сбербанка», судя по тому, как возросла смета строительства на Красной Поляне, довольно сомнительна. Характерно, что сам банк во время получения контроля над проектом оценивал его стоимость почти в $1 млрд. Сейчас же «Сбербанк» считает, что «Красная Поляна» имеет отрицательную стоимость из-за долгового обременения. Публичные обещания Германа Грефа вернуть затраты на строительство этого горнолыжного курорта эксперты оценивают не как бизнес-план, а как политическую декларацию. Да, собственно, сама рыночная политика команды бывшего министра больше напоминает не бизнес-стратегию, а именно политическую деятельность, работу «министерства по собиранию некогда частной собственности». Герман Оскарович все-таки большую часть своей жизни был министром, и до сих пор он решает по привычке скорее политические задачи. В стране государственного капитализма политика – это и есть главный бизнес.

Добавить комментарий
The Moscow Post — ежедневная информационно-аналитическая газета
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика

Все что вредно для вашего здоровья