Moscow-Post RSS
21 Июня 2018
 

Спекуляция акциями как легенда прикрытия

Глава инвестиционного фонда UCP Илья Щербович − одна из самых странных фигур в российском мире больших финансов.

Спекуляция акциями как легенда прикрытия

Инвестиционный фонд Щербовича UCP (United Capital Partners, ООО "Юнайтэд Кэпитал Партнерс Эдвайзори") зарегистрирован на Каймановых островах, принадлежащих члену НАТО Великобритании, п/я 309, Угланд Хаус, Гранд Кайман, KY1-1104.

Откуда деньжата?

В октябре нынешнего года UCP поучаствовал в сделке века по покупке государственной нефтяной компанией «Роснефть» и нефтяным трейдером Trafigura нефтеперерабатывающего завода в Индии у компании Essar Oil. На долю UCP в сделке пришлось около $3 млрд.

Ни в одной из сотен статей, посвященных событию, не обсуждалось, с какой стати третий по величине независимый поставщик нефти в мире Trafigara с оборотом $133 млрд (2013 г.) и государственная «Роснефть» с выручкой $86,9 млрд (2015 г.) взяли в свою компанию фонд с годовой выручкой 259 млн рублей (2015 г.), и откуда у Щербовича с такой выручкой $3 млрд на индийскую сделку? Пока оставим вопрос без ответа.

Зачем столько документов?

В Московском арбитражном суде 22 ноября состоялся занимательный процесс. Рассматривался иск фонда UCP к «Транснефти». Илья Щербович требовал выдать ему, как владельцу пакета привилегированных акций компании, заверенные (!) копии расшифровок прибылей и убытков компании, договоров в отношении сделок с производными финансовыми инструментами, внутренних документов, устанавливающих политику управления рисками, протоколов заседаний совета директоров ответчика за 2013-2015 годы. «Транснефть» требование не исполнила, и UCP обратилась в суд.

На вопросы судьи «Зачем столько документов?», представители UCP дали исчерпывающие ответы: 1. Хотим узнать, покупать ли нам акции «Транснефти» или нет (при этом документы были запрошены еще в декабре прошлого года, а с тех пор UCP в два раза увеличили свой портфель акций «Транснефти»). 2. Хотим доказать убыток от операций с производными финансовыми активами (но ответчик не оспаривает ни факт наличия и ни размер убытка, который зафиксирован в отчетности, размещенной на официальном сайте ответчика). 3. Хотим получить информацию, необходимую для возможного возбуждения уголовного дела по ст. 201 УК РФ злоупотребление полномочиями (для этого не нужны документы, дело возбуждается по факту уполномоченными должностными лицами и даже без заявления потерпевшего).

В итоге суд обязал «Транснефть» выдать истцу две бумажки из типового договора. Но давайте представим, что суд удовлетворил иск Ильи Щербовича.

Обратите внимание на требование «заверенные копии». То есть речь идет не об электронных документах, а о бумажных. Их количество в «Транснефти» посчитать не взялись, по прикидке, за три года наберется сотня тысяч документов. В «газель» не влезет, в фуру – может быть. Представьте, что «Транснефть» поднатужилась, за несколько месяцев подготовила эти документы, погрузила в фуру и отправила Илье Щербовичу. Как их передавать: сверяя по описи в течение года или по килограммам? И дальше что? Чтобы только разобрать эти документы, потребуется человек 20 и полгода работы. А потом еще полгода на анализ. Кто его будет делать? Два десятка биржевых брокеров UCP? Пока оставим вопрос без ответа.

Почем «золотые яйца»

Зададимся другим вопросом: зачем вообще Щербович с 2014 года скупал акции «Транснефти»?

Вариант 1: чтобы заработать на дивидендах. В начале января 2014 года префы «Транснефти» стоили около 80 тыс. рублей. Дивиденды на акцию за 2013 года − 724,21 рубля. Доходность: 0,9%. Сегодня одна акция около 200 тыс. рублей. Дивиденды на привилегированную акцию за 2015 год составили 823,31 рубля. Годовая доходность − 0,4%. Доходность государственных ОФЗ РФ около 8,5%. Зачем вкладывать деньги в не приносящие доход акции, если абсолютно гарантированный государством доход в 21 раз выше?

Вариант 2: Щербович решил сыграть на росте стоимости акций. Выглядит правдоподобно, рост цены префов за три года − 250%. Но зачем тогда подавать в суд на курицу, несущую золотые яйца?

Сейчас пакет префов «Транснефти» Щербовича стоит (исходя из озвученного в ходе суда количества акций) порядка 100 млрд рублей, около $1,6 млрд долларов. Когда UCP начинал скупать акции в январе 2014 в долларе было 33 рубля. Акции подорожали в 2,5 раза, но и рубль потерял почти половину стоимости. Всю динамику посчитать невозможно, но, по оценкам, Щербович потратил на скупку около $1,5 млрд, то есть в долларах он почти ничего не заработал? Может, потому и бесится? Но основной вопрос в другом: кто давал Щербовичу $1,5 млрд на скупку префов «Транснефти» в течение трех лет и зачем? Такими суммами и на такие сроки на бирже в рубли, курс которых привязан к цене нефти, не играют. К тому есть серьезные подозрения, что рост цены акций − следствие перекидывания акций между компаниями самого Щербовича, и по такой цене их никто покупать не будет.

Вариант 3. Гринмэйл, то есть шантаж компании с целью заставить ее что-то сделать. Правдоподобно. По информации СМИ, Щербович минимум два раза предлагал «Транснефти» выкупить принадлежащие ему «префы» по рыночной цене. В СМИ промелькнула цифра выкупа − 240 млрд рублей, РБК писало о предлагаемой цене выкупа «префов» в $2,9 млрд. Вот только «Транснефть» − компания государственная, выложить 240 млрд рублей правительство ей просто не позволит.

Кому понадобилась стратегическая информация

Зато все встает на свои места, если принять гипотезу, что все игры вокруг скупки и судов имели еще одну цель, а именно, доступ к конфиденциальной информации о деятельности «Транснефти». Схема потоков нефти и топлива по трубопроводам монополии дает полную картину экономической жизни страны и активности даже засекреченных военных объектов.

Если в какой-то ВЧ возросло потребление горючего, в ней выросло число единиц боевой техники или она готовится к активным действиям. Стоит провести своего человека в Совет директоров (что ранее пытался сделать Щербович путем признания префов голосующими акциями), или получить подробные документы о деятельности компании и ее дочерних общества, и можно увольнять из ЦРУ весь департамент экономической разведки. Попытка стоит затраченных на нее $1,5 млрд.

Все эти три года Илья Щербович целенаправленно двигался к единственной цели: выполнить оплаченный заказ на доступ к информации о деятельности «Транснефти». Отсюда столько странности в его действиях.

«Война» по всем «фронтам»

Интересный вопрос − сколько же в целом инвестировал Илья Щербович? Список инвестиций с сайта UCP вызывает уважение: «Транснефть», «Интер РАО», АО "Национальное Бюро Кредитных Историй", группа "Стройгазконсалтинг", «Челябинский цинковый завод», сеть "ВКонтакте", угольная компания «Южный Кузбасс», "Монокристалл" (один из крупнейших мировых производителей синтетического сапфира для электронной промышленности).

Далее "Санкт-Петербургская Биржа", "Севералмаз", "Уралмаш НГО Холдинг" (лидер российского рынка буровых установок с долей рынка выше 30%), "Фондовая биржа РТС", несколько небольших нефтяных компаний, "Газпром нефтехим Салават" (один из крупнейших нефтехимических и нефтеперабатывающих комплексов России), Eurasia Drilling Company Limited (ведущая буровая и нефтесервисная компания, владеет одним из крупнейших в мире парков буровых установок и установок для освоения и капитального ремонта нефтяных и газовых скважин).

Широким фронтом ведет наступление Илья Щербович на дивиденды и информацию о стратегических предприятиях страны.

Добавим к перечисленным инвестиционным проектам UCP $3,5 млрд, вложенных в индийский НПЗ, и получится сумма… скромно оценим ее миллиардов в $10. Для сравнения: в 2015 году зарубежные инвестиции в Россию составили $21 млрд. Вся великая «Роснефть» инвестирует в 2016 году 1 трлн рублей ($16,7 млрд). Но, может, мы навскидку недооценили Илью Щербовича и у него много больше, и он главный инвестор России, и вообще богаче Абрамовича?

«Мальчик-мажор»

В биографии Щербовича много темных пятен. Это и его странный карьерный взлет, когда в 1994 году двадцатилетнего студента назначили консультантом группы мониторинга фондового рынка при Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ). Через эту комиссию, деятельность которой контролировалась американскими советниками, проходили все документы об образовании акционерных обществ, от свечного заводика до Газпрома, информация тут же попадала на стол заокеанских аналитиков. Именно в те годы была уничтожена основная часть высокотехнологичной промышленности России.

В 90-е годы Щербович работал в компании UFG «финансового проходимца» Чарльза Райана и бывшего министра финансов Бориса Федорова. Занималась UFG криминальной скупкой акций «Газпрома». В те годы акции газовой монополии запрещалось покупать зарубежным владельцам, на мировом рынке котировались только расписки на акции (ADR). Но поскольку внутри страны акции «Газпрома» стоили многократно дешевле, чем ADR на лондонской бирже, коммерсанты шли на всяческие ухищрения, чтобы обойти запреты и купить акции для зарубежных владельцев по внутренней цене.

Криминальной скупкой акций «Газпрома» занимался и небезызвестный Уильям Браудер. Связь между UFG и Браудером никогда не афишировалась, но именно через Браудера приходила к Райану и Федорову большая часть денег для скупки акций газовой монополии, и именно Браудера сменил в Совете директоров Газпрома от миноритарных акционеров в 2000 году Борис Федоров.

Дальше вокруг Браудера стали один за другим появляться трупы.

В 2008 году бывший шеф Щербовича жизнерадостный здоровяк Борис Федоров умер в пятидесятилетнем возрасте при таинственных обстоятельствах в Лондоне якобы от «инсульта».

В 2009 году в Бутырской тюрьме также странно умирает на вид вполне здоровый сотрудник Браудера Сергей Магнитский, от которого следователи ожидали показаний на Браудера. В Лондоне в ноябре 2012 года найден мертвым владелец компании «Файненшл Бридж» Александр Перепеличный, тесно сотрудничавший с Браудером. При странных обстоятельствам умерли номинальные директора российских фирм Браудера Вячеслав Хлебников и Валерий Курочкин.

На службе у зарубежных «хозяев»?

Сейчас Уильям Браудер стал главным борцом с режимом Путина, а фонд UCP не испытывает недостатка в средствах для очень странных операций. Малоизвестный факт – сейчас Браудер является одним из ведущих экспертов-консультантов британских спецслужб, по сути, определяя во многом внешнюю политику по отношению к России.

В 2005 году Илья Щербович продал Deutsche Bank свою долю в финансовой компании UFG за $100 млн, в 2006 создал UCP, и за восемь лет стал крупнейшим инвестором в России, оперирующий десятками миллиардов долларов. Даже поверхностный анализ сделок фонда UCP показывает, что своих ресурсов на все эти сделки у фонда не хватает. Но всегда находятся «неизвестные партнеры», которые дают фонду деньги.

Чрезвычайная успешность UCP и легкость, с которой Илья Щербович ввязывается в самые сомнительные аферы (одно отжатие у Павла Дурова сети «ВКонтакте» чего стоит), можно объяснить только одним − за фондом стоят очень серьезные силы с очень мощной службой добычи и анализа информации о ситуации в России. Такими силами обладают несколько стран: США, Великобритания, ФРГ, только они способны сделать заявку на «переваривание» фуры с сотнями тысяч бумажных документов о деятельности «Транснефти», и то если скоординируют свою деятельность в рамках операций западных спецслужб.

Внешне все благопристойно: талантливый финансист открыто действует на открытом рынке. Что ж, традиционно наиболее перспективные «легенды» для работы агентов: научная деятельность (особенно связанная с ВПК), журналистская и финансовая. Эти виды деятельности дают агенту доступ к важной для зарубежных разведок информации под вполне официальными предлогами и просто «по роду деятельности».

«Успешный» глава UCP однако провалил задание по доступу к информации о деятельности «Транснефти». Теперь, как провинившийся школьник, он пытается загладить свою вину перед заказчиком, публикуя на всех приличный и неприличных сайтах написанные под копирку статьи, в которых обвиняет компанию в недоплате дивидендов главному собственнику −государству. Якобы правительство пытается заставить «Транснефть» платить дивиденды, а компания отказывается.

По прикидкам, на десяток судебных исков против «Транснефти» и множество статей с нападками на ее руководство Илья Щербович потратил не менее десятка миллионов долларов. Внешне всегда жизнерадостный Илья Щербович в реальной жизни выглядит хмурым, признаются знающие его лично люди. Невесело, когда ты вынужден выполнять чьи-то приказы, чтобы не заработать в сорок с небольшим какой-нибудь странный «инсульт». Но как говаривал убитый в середине 90-х депутат Госдумы Скорочкин, «запрягси, так не распряжешси».

Как бы то ни было, а пока Щербович продолжает судиться. В четверг 15 декабря суд отложил очередные слушания по третьему по счету иску фонда UCP против «Транснефти». Однако, можно не сомневаться, итог судебных разбирательств будет аналогичным предыдущим.

Первая полоса Политика В мире Экономика Культура Спорт Происшествия Общество Авторская колонка

О газете Рекламный отдел
The Moscow Post — ежедневная информационно-аналитическая газета
18+ Сетевое издание The Moscow Post © Любое копирование, в т.ч. отдельных частей текстов или изображений, публикация и републикация, перепечатка или любое другое распространение информации, в какой бы форме и каким бы техническим способом оно не осуществлялось, строго запрещается без предварительного письменного согласия со стороны редакции. Допускается цитирование материалов сайта без получения предварительного согласия, с обязательной прямой, открытой для поисковых систем гиперссылкой на сайт (с указанием названия «Сетевое издание The Moscow Post») не ниже, чем во втором абзаце текста, либо сразу после заимствованного материала, при нажатии на которое осуществляется переход на сайт http://www.moscow-post.com
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика