Moscow-Post RSS
2 Декабря 2016

Нужна ли Лебедеву судебная реформа?

Последнее время на страницах газет идёт оживленная дискуссия по обсуждению текущего положения дел в судебной системе нашей страны. Это продиктовано необходимостью проведения долгожданной судебной реформы, о чём так много говорил на VII Всероссийском съезде судей Президент Медведев, который, сам являясь юристом, ставит задачу реформирования российских судов в качестве приоритетной цели своего правления.

Нужна ли Лебедеву судебная  реформа?

Однако, к сожалению, долгожданная судебная реформа заметно «пробуксовывает». Вероятно, виной тому стал пресловутый «человеческий фактор».

В том, что в каждой проблеме государства виноват чиновник – сомнений, естественно, нет. Однако, вопрос состоит в том, какой конкретно чиновник отвечает за реализацию той или иной реформы. Валить всю вину за простой в реформировании судов на самого Президента страны, согласитесь, бессмысленно, так как он ответственен за страну в целом, а не за какой-то отдельный аспект её существования.

О том, что приоритетным направлением построения в России развитого гражданского общества является качественная работа российского правосудия, говорить не приходится. И за качество этой работы, безусловно, отвечают сами судьи, ибо закон запрещает на них оказывать давление. Но, отвечают ли они сами перед законом?

Так, недавно на страницах российских газет завязалась заочная дискуссия между двумя «столпами правосудия» - председателем Верховного Суда РФ Вячеславом Лебедевым и Высшего Арбитражного Суда Антоном Ивановым.

Это было вызвано тем, что на завершившемся в Москве накануне Совете судей России руководители судебной системы РФ сделали ряд важных заявлений относительно проведения судебной реформы, которые, впрочем, содержали некоторые взаимные противоречия.

К примеру, 19 мая господин Лебедев в своём выступлении затронул тему нерассмотрения с осени прошлого года парламентом страны проекта федерального конституционного закона «О возмещении государством вреда, причинённого нарушением права на судопроизводство в разумные сроки и праве на исполнение в разумные сроки вступивших в законную силу судебных актов».

Этот закон является крайне важным для российских граждан в связи с тем, что он, в случае его принятия, позволил бы гражданам получать компенсацию за нарушенные права, в том числе за судебную волокиту, в своей стране, им не пришлось бы жаловаться в Европейский суд по правам человека в Страсбурге, как это происходит зачастую в настоящее время.

Весьма любопытен тот факт, что, по словам Иванова, Высший Арбитражный Суд также отправил в Государственную Думу РФ аналогичный законопроект о механизме компенсации, который пока тоже не принят парламентариями.

Вячеслав Лебедев, очевидно понимая, что его инициативу может обойти господин Иванов, заявил о необходимости оперативного принятия «своего» законопроекта.

Необходимость этого, по словам Лебедева, продиктовано тем, что «в Европейском суде это (отсутствие закона о компенсации – прим.ред.) считают основной проблемой российского правосудия».

Мои соображения в данной статье не связаны с анализом содержания дискуссии и предложений председателей двух главных судов страны, поскольку позиции спорящих сторон достаточно подробно изложены в различных СМИ.

Хотелось бы затронуть другую тему – необходимости строгого соблюдения судами уже давно принятых, действующих, законов, а не готовящихся к принятию. В частности, председатель Верховного Суда РФ Лебедев сообщил на пленарном заседании майского Совета судей страны о том, что Верховный Суд разработал два законопроекта - «О Верховном Суде» и «О судах общей юрисдикции».

Согласно проектам этих законов кассационную инстанцию могут заменить апелляционные суды, которые будут наделены правом заново пересматривать дела. По проекту закона также предполагается, что третья, надзорная инстанция, пересматривающая уже вступившие в силу судебные решения, будет упразднена во всех судах.

Вот по поводу последнего предложения Вячеслава Лебедева мне хочется высказаться более подробно. Для меня эта тема - о «наболевшем».

Согласен, что надзорная инстанция, предусмотренная российским законодательством, практически отсутствует в большинстве стран Европы и мира. Но пока она существует и не отменена законодателем, правоприменители должны требования закона, регламентирующего рассмотрение дел в порядке судебного надзора, строго выполнять, а не обсуждать.

В части соблюдения закона, регламентирующего надзорное производство, большие нарекания вызывает работа Верховного Суда РФ, поскольку он фактически выполняет роль самой последней надзорной инстанции. За последние полгода я посвятил работе Верховного Суда РФ в этой части несколько критических публикаций в различных СМИ, которые никто не опроверг.

Анализ работы Верховного Суда РФ в качестве суда надзорной инстанции показывает, что институт надзора здесь давно и тихо «умирает». Несложно догадаться, чьи заслуги в этом «умирании» проглядываются. Судебный надзор прописан в законе и существует в жизни, но его эффективность такова, что хочется по этому поводу даже не плакать, а рыдать. И вот почему.

Надзорная инстанция Верховного Суда РФ – часто последняя надежда на исправление судебной ошибки, допущенной нижестоящими судами, последний оплот веры человека в справедливость. В этом-то, по большому счёту, истинное назначение этой инстанции.

Мне, как адвокату, часто приходится подавать в Верховный Суд РФ надзорные жалобы. Если 2-3 года назад волокита с рассмотрением надзорных жалоб была здесь нередким явлением, то в последние годы рассмотрение надзорных жалоб в этом суде стало простой формальностью, неким ритуалом, от которого авторам жалоб положительных результатов ждать не стоит.

Мои выводы подтверждают и статистические данные, которые показывают очевидные недочёты работы Верховного Суда и свидетельствуют о господстве формализма при принятии решений по надзорным жалобам.

По официальным статистическим данным Верховного Суда РФ в прошлом году им рассмотрено 111.400 надзорных жалоб и представлений на приговоры и определения судов по уголовным делам и 90.332 надзорных жалоб и представлений по гражданским делам.

Так, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ из поступивших 111.400 надзорных жалоб и представлений прокуроров изучено 1926 уголовных дел, рассмотрено 1154 уголовных дела общей подсудности в отношении 1226 лиц. При этом удовлетворены жалобы и представления только по 1082 уголовным делам в отношении 1147 лиц.

В свою очередь, Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ в истекшем году изучено в порядке надзора 1550 гражданских дел, истребованных по надзорным жалобам и представлениям из 90.332 поступивших в Верховный Суд РФ. Но рассмотрено по существу в порядке надзора только 331 гражданское дело. Отдельные гражданские дела направлены для пересмотра в порядке надзора в нижестоящие суды.

Данная статистика подтверждает, что, к сожалению, в настоящий момент удовлетворяемость надзорных жалоб колеблется в районе одного процента от общего числа рассмотренных надзорных жалоб, как по гражданским, так и по уголовным делам. При такой низкой эффективности работы надзорной инстанции само её существование теряет практический смысл. Стоит ли содержать институт пересмотра судебных постановлений в порядке надзора ради одного процента пересмотра дел? Ведь граждане именно в надежде на удовлетворение своих надзорных жалоб и обращаются в надзорную инстанцию Верховного Суда.

Такой низкий процент удовлетворяемости жалоб свидетельствует только об одном - формальном рассмотрении в Верховном Суде РФ надзорных жалоб. Любой читатель, усомнившийся в этом, может легко убедиться в моей правоте. Для этого достаточно зайти на официальный сайт Верховного Суда РФ в сети Интернет (http:www.supcourt.ru), где в разделе, посвящённом результатам рассмотрения надзорных жалоб по уголовным и гражданским делам, можно увидеть, когда та или иная надзорная жалоба подана в суд и когда, с каким результатом, она разрешена. Статистика во всех случаях будут такая – практически все жалобы разрешены в срок не более 10 дней с отказом в их удовлетворении. Вспомните про упомянутую выше однопроцентную удовлетворяемость надзорных жалоб.

Теперь пришло время задаться другим неприятным для господина Лебедева вопросом - на каком основании надзорные жалобы в Верховном Суде рассматриваются в течение 10 дней? По какому праву? Ведь согласно закону сроки рассмотрения надзорных жалоб в Верховном Суде РФ по уголовным делам составляют 30 суток со дня поступления жалобы (ч.1 ст.406 УПК РФ) и 2 месяца по гражданским делам (ч.2 ст.382 ГПК РФ), если дело судом не истребовано.

Поскольку, даже не сведущему в юриспруденции человеку понятно, что за 10 пресловутых дней, в которые входят и выходные, никто в Верховном Суде не успеет вникнуть в содержание поступившей надзорной жалобы, приходится констатировать, что в работе надзорной инстанции, формализм, к сожалению, порой берёт верх над всеми остальными соображениями.

Именно поэтому, прежде всего, из Верховного Суда идут сплошным потоком отказы в удовлетворении надзорных жалоб. Зато глава Верховного Суда РФ Лебедев со всех трибун, как я полагаю, вещает, что в главном суде страны нет больше волокиты с рассмотрением надзорных жалоб. Конечно, волокиты нет, зато процветает «махровый» формализм.

Лично я неоднократно получал на свои надзорные жалобы, поданные в Верховный Суд, однотипные ответы, а из одного ответа следовало, что «доводы Вашей жалобы проверялись судами, которые рассматривали дело, и были ими справедливо отвергнуты, как необоснованные». Такими стандартно-формальными рассуждениями автор ответа выдал себя с головой, поскольку стало ясно, что он даже не читал мою надзорную жалобу. Если бы он её прочитал, то убедился бы в том, что до подачи надзорной жалобы в Верховный Суд РФ, в удовлетворении которой мне отказали, я в судебных разбирательствах по данному делу ранее не участвовал. Кроме того, поставленные мною в надзорной жалобе вопросы никем ранее не поднимались, в силу чего они просто не могли быть «проверены нижестоящими судами и ими отвергнуты».

Мне известен почти анекдотичный случай, когда двое моих коллег в один день получили по почте ответы на свои надзорные жалобы из одного того же суда. Каково же было их удивление, когда, вскрыв конверты с отказными ответами, увидели, что ответы на надзорные жалобы, рассмотренные разными судьями, были похожи как близнецы-братья. Разница в ответах заключалась лишь в написании фамилий судей и осуждённых, а также дат подписания ответов.

Полагаю, что господину Лебедеву известно, что в нашей стране правосудие является излишне карательным, в местах лишения свободы находится более 1 миллиона осуждённых, а нижестоящие суды субъектов вольно или невольно копируют методы работы Верховного Суда страны, в том числе и по рассмотрению надзорных жалоб.

Надзорные инстанции всех уровней должны работать по ещё действующему закону, а не сводить институт надзорного производства к формальной переписке, дожидаясь и даже добиваясь (раз Верховным Судом РФ внесён законопроект о его ликвидации) кончины института судебного надзора.

Кстати, на пользу улучшения международного имиджа нашей страны никак не идёт тот факт, что по числу жалоб на судебные акты в Европейский суд по правам человека наша страна держит уверенное лидерство.

В этом, как мне представляется, немалая «заслуга» председателя Верховного Суда РФ. В ЕСПЧ российские граждане обращаются от безысходности, не найдя справедливости в национальной судебной системе, которой 20 лет руководит господин Лебедев.

Поэтому, если уж проводить судебную реформу, неизбежность и необходимость которой никем не ставится под сомнение, то реализацию её надо поручить тем, кто её точно успешно завершит, а не будет забалтывать.

Добавить комментарий
The Moscow Post — ежедневная информационно-аналитическая газета
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика

Все что вредно для вашего здоровья