Moscow-Post RSS
6 Декабря 2016

Кому не гож генерал Суровикин

Борьба вокруг должности начальника военной полиции обостряется

Кому не гож генерал Суровикин

Процесс создания в рамках министерства обороны специальной структуры, призванной бороться с преступностью в армии – военной полиции – близится к своему завершению. Недавно начальник штаба ЦВО генерал-лейтенант Сергей Суровикин, которого министр обороны Анатолий Сердюков назвал наиболее желательной кандидатурой на должность начальника этой структуры, был переведен в Москву для разработки организационной-штатной структуры и правовой основы военной полиции. Параллельно начали готовиться документы для его назначения на эту должность – соответствующий Указ должен подписать Президент РФ.

После появления информации о планах создания военной полиции и о том, что ее возглавит Сергей Суровикин СМИ подробно рассказывали о непростом и временами даже драматичном жизненном пути боевого генерала . Но далеко не всем понравилась перспектива появления на этом посту честного человека. Определенные силы, не заинтересованные в наведении порядка в армии, немало постарались для его очернения. На ряде интернет-ресурсов были опубикованы «факты», якобы порочащие генерала. При детальном их рассмотрении выяснилось, что они не стоят и выеденного яйца.

На этой неделе к травле генерала подключилась и Главная военная прокуратура (ГВП). Несколько СМИ опубликовали материалы, из которых следует, что ГВП провела спецпроверку генерала Суровикина. По ее результатам главный военный прокурор Сергей Фридинский направил в адрес министра обороны письмо, в котором не рекомендовал Суровикина к назначения на новую должность в связи с тем, что у того имеется судимость по ст.17, ч.1 ст.218 УК РСФСР. В связи с этим мы решили провести собственное расследование обстоятельство появления этого письма в СМИ.

Прежде всего, выяснилось, что Сергей Фридинский не сегодня «подключился» к процессу создания военной полиции, причем явно – со стороны противников ее создания. То ему не нравится проект закона о военной полиции, то –ее планируемая структура, а вот теперь – уже и личность руководителя. Совершенно очевидно, что дело не в возможном начальнике ВП - Сергею Фридинскому не нравятся сами планы президента и министра обороны сформировать военную полицию. Как юрист и чиновник одновременно, он знает немало методов заволокитить этот процесс – и надо сказать, определенные успехи у него в этом есть. Ведь разговоры о ней идут уже несколько лет, полгода назад и президент, и министр обороны однозначно сказали – надо делать, а ее тем не менее все нет. И в том, что до сих пор нет – роль главного военного прокурора отнюдь не последняя.

Ну и собственно о письме. Выяснилось, что такое письмо действительно есть, и его содержание в целом соответствует изложенному в прессе. Одновременно вскрылся ряд интересных подробностей, в свете которых все дело выглядит совсем иначе. В частности, никакого специального расследования относительно генерала Суровикина не проводилось, а всего лишь была подготовлена обычная спецсправка, которая входит в необходимый перечень документов при назначении на одну из высших военных должностей. То есть – ничего сверхординарного, обычная рутина.

Далее, оказывается, ранее прокуратура уже готовила спецсправки на генерала Суровикина в связи с его назначением на различные важные должности. Таких справок, начиная с 2004 года, было аж 7! Причем все они подписаны самим Сергеем Фридинским – сначала как заместителем Генерального прокурора по Южному федеральному округу, а затем как главным военным прокурором. Назовем эти должности: 2004 год –командующий 42-й мотострелковой дивизией, 2005 год – заместитель командующего 20-й гвардейской общевойсковой армией МВО, 2006 год – начальник штаба той же армии, 2007 год – командующий той же армией, 2008 год - начальник Главного оперативного управления (ГОУ) Генштаба, 2010 год – начальник штаба Приволжско-Уральского военного округа, 2011 год – начальник штаба Центрального военного округа. Тогда ГВП, зная об этой судимости генерала, отнюдь не возражала против его назначения на эти должности. Для людей, мало знакомых с военной структурой, оособое внимание обратим на то, что должность начальника ГОУ Генштаба является третьей в «табели о рангах» Министерства обороны, этот человек наряду с главнокомандующим (Президентом РФ), министром обороны и начальником генштаба имеет допуск к наиболее важным государственным тайнам в области обороны. Так почему – при назначении на эту важнейшую государственную должность ГВП сочла судимость генерала малозначащим эпизодом в его биографии, а сейчас препятствует его назначению?

Следует также отметить, что пакет документов, готовящийся при назначении на все эти должности, весьма объемный, и в него помимо спецсправки ГВП входят аналогичные спецсправки от ФСБ, Военно-следственного комитета и ГРУ. Ранее все эти структуры также не видели ничего порочащего в биографии генерала, прекрасно зная и о судимости, и о ее погашении, и вообще обо всех обстоятельствах этого дела. Оснований для изменения их позиции нет.

Вызывают также вопросы обстоятельств появления этого письма в СМИ. Это ведь служебное конфиденциальное письмо, по результатам спецпроверки, а отнюдь не публичное обращение, хоть даже оно и содержит всем известные факты. Согласно приказу Генерального прокурора о правилах общения со СМИ, информацию давать можно, а вот документы – нет. И здесь господин Фридинский слукавил. В появившемся в СМИ письме сначала не было исходящего номера, а потом он «вдруг» появился! То есть, получается, сначала был вроде бы и не документ. А потом не побоялись опубликовать и сам документ, и, выскажем предположение, что его потребовал «Коммерсант», где впервые номер и появился, а в ранее вышедших просто заменили соответствующий скан.Так что номер у этого письма все же имеется –АA №0021136. Есть и исходящий: 1у/2-532/753 от 2.12.2011. А кто в делопроизводстве понимает, то это документ совсем не публичный, а, как минимум, «для служебного пользования». Так что приказ Генпрокурора грубо нарушен и ответственный за это должен понести наказание. Кроме того, в материалах СМИ присутствуют комментарии неназванного сотрудника ГВП, а отнюдь не сотрудника пресс-службы ГВП, который и должен был бы прокомментировать это... В общем, кроме нарушения приказа вышестоящего начальника и должностных инструкций, все признаки «слива компромата», который правомерно расценивается как неэтичная форма ведения борьбы, налицо. И такое в практике Сергея Фридинского не впервые, он уже получал нарекания от своего начальства за подобные вещи.

Ну и, наконец, а самом «компромате», то есть о судимости. Сергей Фридинский в своем письме на имя Анатолия Сердюкова упомянул о реальном факте – приговоре суда в отношении Сергея Суровикина (1 год условно) в сентябре 1995 года, однако не рассказал ни о существе дела, ни о последующих событиях. Вот что об этом говорит заместитель руководителя Военно-следственного управления по Южному федеральному округу Сергей Сыпачев, знающий все нюансы этого уголовного дела, как человек, который занимался расследованием его обстоятельств: «Во время обучения в Военной академии имени Фрунзе имели место случаи, когда некоторые преподаватели нелегально продавали оружие, за что и были уголовно наказаны.— Выполняя просьбу одного из таких преподавателей, майор Суровикин согласился передать коллеге с другого курса пистолет, который должен был быть использован якобы для участия в соревновании. Майор, не догадываясь об истинных намерениях, поручение выполнил". В ходе следствия на допросе Сергей Суровикин рассказал, что был уверен, что ничего противоправного не совершает. "Когда следствие разобралось, что офицера подставили, обвинение сняли и судимость погасили",— пояснил господин Сыпачев, добавив, что в нынешнее время в подобных делах человек проходит не как обвиняемый, а как свидетель. То есть - имела место банальная ошибка следствия и суда, которая, впрочем, достаточно быстро, уже в начале 1996 года была исправлена. Об этом господин Фридинский предпочел умолчать. Ну и конечно, юристу Фридинскому не грех было бы вспомнить Конституцию РФ и п.6 ст.86 УК РФ – «погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью».

Так почему же главный военный прокурор решил вмешаться в процесс назначения генерала Суровикина? Не потому ли, что опасается остаться неудел? Ведь немалая часть функций возглавляемой им структуры должна отойти к военной полиции.

В настоящее время львиная доля – около 80% всех армейских уголовных дел, возбуждаемых и расследуемых военными прокурорами, - касается суицидов и самовольного оставления военнослужащими воинских частей. Главным образом, как нетрудно догадаться, по причине пресловутой «дедовщины», которая на протяжении уже десятилетий является одним из главных бичей отечественной армии. ГВП с этим, конечно, борется, только вот результаты более чем скромные. Концепция же военной полиции предполагает нацеленность на борьбу в этой области не столько с уже совершенными преступлениями, сколько на их профилактику. И если генералу Суровикину удастся добиться здесь успеха – а пока все, за что он брался, ему удавалось – то ГВП просто останется без «фронта работ». И что еще серьезнее – выявится беспомощность и ГВП, и самого Сергея Фридинского в лечении одной из самых запущенных язв российской армии. И возникнет вопрос – нужна ли вообще такое структура, ГВП?

Другой крупный блок преступлений, которыми занимается ГВП – это армейская коррупция. Сейчас, когда принято решение и перевооружении российской армии и увеличении государственного оборонного заказа до астрономической суммы в 20 трлн. рублей на период 2011-2020 годов, эта проблема встает как никогда остро. Ведь в нынешних условиях видится вполне реальным – и деньги истратить, и армию не перевооружить. И достижения структуры Сергея Фридинского в сфере борьбы с коррупцией более чем скромны. Более того, в СМИ появлялись материалы о, мягко выражаясь, несоответствии имущества, которым владеют некоторые военные прокуроры, с их официальными доходами. В том числе и о самом Сергее Фридинском . Планируется, что военная полиция будет заниматься и коррупционными вопросами.

Так что при ближайшем рассмотрении выясняется, что оснований «наезжать» на генерала Суровикина у Сергея Фридинского, в общем, нет. А вот интерес, затормозить создание военной полиции, напротив, присутствует, и еще какой! Вот только этот интерес сложно назвать "интересом закона", он как-то больше похож на "личный интерес".

http://www.politjournal.ru

Добавить комментарий
The Moscow Post — ежедневная информационно-аналитическая газета
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика

Все что вредно для вашего здоровья