Moscow-Post RSS
19 Августа 2017

Операция «Прикрытие», или как Евгений Ройзман пытается избежать ответственности за свои преступления посредством наезда на правоохранителей

Уже более полугода известный екатеринбургский блогер и политик, руководитель фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман ведет активную информационную войну против местных правоохранительных органов, обвиняя их в многочисленных преступлениях. Примечательно, что эту войну он развернул непосредственно после того, как с начала этого года местные полицейские отказались от сотрудничества с его фондом в деле борьбы с наркотиками ввиду недостаточной эффективности такого сотрудничества. И – странное дело – буквально за полгода количество изъятых полицией наркотиков увеличилось в 3,5 раза, число задержанных наркодилеров – более чем на 20%, а раскрываемость преступлений в этой сфере - на 10% . Это удивительное на первый взгляд обстоятельство заставило правоохранителей повнимательнее присмотреться к деятельности фонда, и начали вскрываться чудовищные преступления, творящиеся под его крышей.

Операция «Прикрытие», или как Евгений Ройзман пытается избежать ответственности за свои преступления посредством наезда на правоохранителей

Аналитик фонда Василиса Ковалева, отбывающая в настоящее время длительный срок тюремного заключения за ряд убийств на националистической почве (вот такие люди работают в фонде Ройзмана!), рассказала, что главный источников доходов фонда – это торговля наркотиками, а борьба с наркотиками для него лишь ширма, позволяющая «отжимать» доходы от наркоторговли в свою пользу

Другой довольно близкий к Ройзману националист - Василий Федорович, также оказался замешан в многочисленных убийствах. Но на этот раз привычная Ройзману схема: «Пусть друзья сидят, а я не при делах», похоже, дает сбой. Судя по публикациям в уральских СМИ, которые ссылаются на источники в силовых структурах, Федорович не намерен отдуваться за Ройзмана, а наоборот, собрался сотрудничать со следствием и «подсветить» одну из самых закрытых, сторон криминальной жизни Евгения Ройзмана – националистическую . Посмотрим, к каким открытиям придет следствие, распутывая факты криминальной деятельности Ройзмана и его подельников в пересечении со скинхедами. Как и в случае с Ковалевой, Ройзман попытался превентивно откреститься от Федоровича. Но шаблонные схемы поведения Ройзмана уже изрядно надоели даже его друзьям, и способны произвести впечатление разве что на немногочисленных фанатиков личной харизмы «Дяди Жени».

Другой важный источник дохода ОПГ Ройзмана – «лечение» наркозависимых людей. О том, что это за «лечение», чуть ниже – в сущности, методы, мало чем отличающиеся от пыток. Здесь же – о деньгах. Ройзман любит рассказывать о том, что проходящие в его центре реабилитацию наркозависимые получают помощь почти бесплатно. На деле же родственникам наркоманов, а это, как правило, совсем небогатые люди, приходится нередко отдавать Ройзману последнее в тщетной надежде помочь своим близким. А бывает и так, что люди, недовольные своим родственником-наркоманом, за немалые деньги избавляются от него – сдают в фонд «Город без наркотиков» как в своеобразную частную тюрьму. Для этого им достаточно просто объявить человека наркоманом и заплатить фонду

Параллельно стало известно о многочисленных преступлениях, совершенных сотрудниками «Города без наркотиков» под его крышей, за которые преступники получили реальные сроки заключения. Вот только одно из них, поражающее свои цинизмом – женщина, не имеющая никакого отношения к наркоторговле, была изнасилована «активистами» фонда Мурзиковым и Перцевым под угрозой, что ее объявят наркоторговкой(цитируется по частному определению, принятому судьей Кировского районного суда Екатеринбурга Казанцевым С.А.):

"5 февраля 2003 года Мурзиков, являясь так называемым понятым в оперативном мероприятии - контрольной закупке наркотических средств, вместе с работниками ОБНОН Кировского РУВД Луканиным и Белоусовым и сотрудниками фонда "Город без наркотиков" Логиновым, Петровым, Сарапийчуком и Боровиковым на их машинах прибыли к дому по улице Уральская, 59, где проживала Ковалева. Мурзиков завел Ковалеву на девятый этаж, где с применением насилия, ударив потерпевшую в лицо, заставил заняться с ним оральным сексом. Затем Мурзиков посадил Ковалеву в свою "восьмерку" и вместе с Перцевым отвез в безлюдное место на улице Пролетарской. Там сотрудники ГБН сообщили пленнице, что, если она не будет "хорошей девочкой", то они подкинут к ней в карман героин и сдадут милиции как наркоторговку. После этого борцам с наркотиками уже ничто не мешало удовлетворять свою животную похоть всеми возможными способами» . Тогда Ройзман лично пытался оказать давление на следствие, однако в конце концов преступники все же получили по заслугам.

Видя, что его положение чрезвычайно шатко, и что ему грозят многочисленные уголовные дела, Ройзман и решился на контратаку, попытавшись представить дело таким образом, что полиция и прокуратура стремятся ликвидировать его фонд потому, что он развернул кампанию масштабной критики правоохранителей. Однако все его обвинения в их адрес рассыпались, о чем написали и местные, и центральные СМИ .

Переломным моментом во всей этой истории стала трагическая смерть пациентки фонда Ройзмана – Татьяны Казанцевой. После этого дело приобрело уже всероссийский резонанс. Однако и здесь Ройзман попытался извлечь для себя выгоду – попытался организовать массовые акции протеста против действий правоохранителей, обвинив их в том, что смерть женщины они пытаются использовать для закрытия фонда. И на первых порах добился определенного успеха – когда прокуратура решила четко определить причины смерти женщины, для чего необходима эксгумация тела (несчастная была уже похоронена), при помощи своего друга – бывшего мэра Березовского (где и произошла трагедия) Вячеслава Брозовского смог предотвратить эксгумацию.

Однако прокуратура и следствие проявили твердость и добились соблюдения законности. В начале августа эксгумация все же была проведена, что дало возможность провести качественную экспертизу причины смерти. Судмедэксперты обнаружили на теле были множественные кровоподтеки и повреждения, полученные несчастной при жизни .

Тем самым получили материальное подтверждение показания другой пациентки Ройзмана о последних днях жизни Казанцевой, данные ей непосредственной после трагедии: «Вечером ее дотащили до карантина – карцера, где наказания и где первое время проводят время новые девочки. Ее туда просто волочили за ноги и за руки, бросили у решетки… потом ей стукнули ногой по голове и за волосы протащили несколько метров до кровати. Положили ее на на матрац, положили ее на голую сетку. Под нее поставили таз, она в туалет ходила под себя. Всю ночь мы слышали ее стоны. Утром ее состояние резко ухудшилось. Она посинела, позеленела, не могла дышать, трясла ногами, не могла передвигаться вообще. Ее обули, одели, вызвали скорую. Скорая приехала и сказала: «Что же вы делаете? Почему так долго ждали?» Ее увезли в больницу. В себя она уже не приходила. И через несколько дней она уже умерла» . Вот такое «лечение» получают пациенты Ройзмана...

Таким образом, для Ройзмана положение стало совсем угрожающим. Сейчас речь идет уже не о закрытии фонда, под крышей которого свило гнездо самое настоящее преступное сообщество, а о том, что ему грозит срок реального заключения, причем как главарю ОПС – совсем немаленький. А поскольку в преступных кругах хорошо известно о его былой связи с правоохранительными органами (ведь факт сотрудничества его фонда с милицией из песни, как говорится, не вычеркнешь), ничего хорошего его «на зоне» не ждет. «Ментовская» спецзона ему не «светит», ведь он не сотрудник правоохранительных органов, а на обычной зоне ох как не любят тех, кто помогал полиции (пусть и из чисто корыстных и даже преступных соображений).

Возможно, его греет мысль о том, что даже в столь тяжелую минуту его не бросила его, пожалуй, самая верная подруга – главный редактор интернет-портала Ura.ru Аксана Панова. Именно ее портал стал основным рупором Ройзмана, выливавшем ушаты грязи на правоохранителей. То она обвинит губернатора в сговоре с силовиками (в их борьбе с преступностью, ага!), то правоохранителей в преступлениях, которые на поверку оказываются липовыми, то... список «креатива» очень длинный.

Вот и сейчас она решила отвлечь внимание общественности от результатов экспертизы тела погибшей в фонде Ройзмана женщины посредством раздувания «дела о прослушках». Более полутора месяца назад достоянием общественности стали ее телефонные разговоры, в которых она крайне нелицеприятно (да и нецензурно) отзывается о властях Свердловской области . Все это время она молчала, и только сейчас решила подать в суд на сотовую компанию «за нарушение конфиденциальности личных переговоров», потребовав с той 10 млн. рублей компенсации! При этом подтвердив, что все эти разговоры она действительно вела.

Эксперты, хорошо знающие Панову, склоняются к мысли, что она сама спровоцировала этот скандал. То есть – сама наговорила, сама записала, сама отредактировала и «через третьи руки» выкинула все это в СМИ. Такие провокации вполне в ее стиле. В пользу этой версии говорит и то, что полтора месяца она выжидала – а когда понадобилось для отвлечения внимания от значительно более серьезных вещей, начала раздувать скандал. Ну а о патологической склонности Аксаны к вранью в Свердловской области ходят просто легенды – ее уже много лет на этом ловят ее честные (в отличие от нее) коллеги по журналистскому цеху. Какое-то у нее просто патологическое влечение к силовикам и бандитам – про первых она все время врет, а к вторым проявляет более чем благосклонность и помогает им уйти от наказания

Впрочем, вряд ли сейчас Ройзману помогут ее таланты. Дело зашло слишком далеко, и если прокуратура и следствие не дожмут это дело и не отправят его в «не столь отдаленные места», они просто потеряют лицо – с соответствующими оргвыводами.

The Moscow Post — ежедневная информационно-аналитическая газета
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика

Все что вредно для вашего здоровья